В «Меценате» открылась выставка, посвященная 30-летию этого выставочного зала

Татьяна СТАЦЕНКО


Выставка скромная – экспозиция расположена в фойе «Мецената». Пара витрин с артефактами былых времен – афишами, буклетами и входными билетами, на стенах — живописные полотна и графические листы, оставленные авторами в дар музею… Наверное, неподготовленному зрителю эти экспонаты (не считая картин) мало что расскажут. А между тем, они — свидетели удивительной эпохи. Когда, действительно, все было «Впервые и вновь».

Планы наполеоновские
Идея создать в небольшом здании, пристроенном к новой пятиэтажке, выставочный зал, принадлежит художникам Олегу Семеновичу Донцову и Юрию Борисовичу Бессмертному. Изначально эта уникальная постройка со стеклянной крышей предназначалась для художественной или архитектурной мастерской. Но, в конце 80-х годов, когда с легкой руки Горбачева стали появляться кооперативы и вошло в моду слово «хозрасчет», показалось более целесообразным создать в Азове новое выставочное пространство, а заодно и художественный салон, где местные художники могли бы продавать свои произведения. Директор музея Анатолий Александрович Горбенко поддержал инициативу. Так начинался «Меценат». Он стал филиалом музея, но на деле — вполне автономным, хозрасчетным учреждением. Считалось, что выставочная и торговая деятельность сделает «Меценат» полностью самоокупаемой организацией. Впрочем, выставочная площадь предоставлялась художникам бесплатно, — что и тогда, и сейчас – большая редкость. Собственно, именно поэтому зал получил имя древнеримского покровителя искусств Мецената.

И этот выставочный зал стал первым местом моей работы. Я пришла туда сразу после защиты диплома в РХУ им. М.Б. Грекова. Дело было летом, и до открытия оставалось месяца три. Полным ходом шла подготовка. Планов у Донцова и Бессмертного было «громадье».
В подвале устроили столярную мастерскую. Там Валерий Веллович Сукк мастерил картинные рамы и подрамники, которые планировалось продавать в салоне. Рамы были сложной конструкции — двойные. Качественные. Потому и стоили дорого. А наши художники сами умели и подрамник, и раму сколотить. Так что произведения Валерия не пользовались тогда большим спросом.

Там, где нынче расположена мастерская реставратора, была фотолаборатория, которой заведовал Олег Авакимов. Там же, во второй части комнаты, стояли столы, за которыми работали художницы – Светлана Назарько и я – Татьяна Стаценко. Правда, художником числилась только я, а Света была будущей заведующей художественного салона. Но, пока продавать было нечего, мы готовили будущую печатную и сувенирную продукцию. Те самые уникальные входные билеты, календарики и вымпелы.

Билеты были необычными. Размером с открытку, украшенные графической копией классической картины Джованни Тьеполо: «Меценат представляет императору Августу свободные искусства» (картину тушью и пером скопировал Ю.Бессмертный), все они впоследствии были пронумерованы, проштампованы и стали одновременно билетами лотерейными. В ту пору розыгрыши лотереи еще не стали монополией государства. Вернее, был тот самый промежуток, именуемый безвластием, когда розыгрыши мог проводить кто угодно. А вот тексты на билете, вымпеле и каталоге первой выставки были выполнены… вручную. Это мы со Светой писали. Шариковыми ручками с черными чернилами. Затем их переснимал Олег Авакимов, вклеивал в макет, и в этом виде отправлялся в типографию. Так, сэкономили на труде наборщиков типографии.

Еще готовили к изданию журнал. Названия его не помню. На обложке красовался фрагмент «Обнаженной» Модильяни. По задумке он был предназначен для самой широкой аудитории. Несколько страниц занимали комиксы. Авторами были Олег Майборода, Юрий Бессмертный, Светлана Назарько, ну и я. Журнал этот так и не вышел в свет.

А вот календари и вымпелы с изображением Крепостного вала с одной стороны и копией текста «Исторического меню в честь 200-летия со дня взятия Азова» мы продавали в «Меценате» после открытия. Кроме того, они продавались в других филиалах музея и в книжном магазине.

И вымпелы, и календари вырезались вручную из печатного листа. Макетным ножом и фотографическим резаком. А отверстия для веревочек вымпелов пробивались обычным дыроколом. Все это – ручная работа.

Кстати, знаете, почему первая вывеска «Мецената» провисела всего пару лет? Да потому, что Олег Семенович решил ради «форсу» отойти от стандартной технологии. Обычно делался зеркальный трафарет, текст с помощью губки бронзовой краской и серебрянкой наносился на стекло, а затем закреплялся черной краской – фоном, которая и держала в итоге композицию. Мы же решили вместо фона использовать грубую, окрашенную черным мешковину, натянутую на подрамник. В итоге, буквы, не закрепленные краской, осыпались потихоньку. А жаль. Красивая была вывеска.

Драматическое открытие

Сколько хлопот было перед открытием! Закупались фужеры, на которые с помощью букв – самоклеек наносилось название «Меценат». Картины первой выставки азовских художников заняли свои места в зале. Витрины мы со Светланой Назарько довели до идеальной прозрачности с помощью стеклоочистителя.
Открывался «Меценат» в канун 7 ноября – Дня Великой Октябрьской революции, и заодно – дня рождения Олега Донцова. Открытие назначили на 17 часов. Но утром нас поджидало ЧП. Напился сторож (тогда еще не было сигнализации, и сторож был штатной единицей). Человек не выдержал искушения – соседства с целой батареей бутылок синей спиртосодержащей жидкости для очистки стекла. С утра сторож был мертвецки пьян. И выдворить его из зала удалось незадолго до того, как появились первые посетители… Вероятно, этот человек обладал богатырским здоровьем. Остался жив после приличной дозы технического спирта.

Наконец, наступило время открытия. Пришли участники выставки. К сожалению, всех имен художников я не вспомню. Донцов, Бессмертный, Майборода, Красников, Шахов, Радкевич, Кузовков, Ковалев, Решетников, Прядьев, Гусев, Жеребило, Дмитриев… На самом деле, художников было около 15, но… Память. Память… Пришли и гости – представители СМИ и азовская интеллигенция. Зал был полон. Тем временем, на улице стемнело. И вдруг внезапно отключили свет. Но мы были готовы и к этому. Электричество тогда отключали часто, и у нас в запасе было несколько керосиновых ламп и свечи. Так, в романтической обстановке открывался зал.

К счастью, свет включили тогда быстро. Прошел розыгрыш первой лотереи. Пел казачий ансамбль «Новые ворота». Был фуршет и вообще – полный успех.

Быть бы живу

Выставки проводились регулярно. Розыгрыши лотереи по входным билетам – тоже. Художественный салон был полон качественной живописи и оригинальных сувениров. Но, ожидаемой прибыли не было. Некому было покупать шедевры. Начало 90-х… Время обманутых надежд.

Мы пытались привлекать иногородних туристов. Помню, как регулярно звонила в одно из ростовских агентств. Называлось оно «ТурДон». И когда я произносила фразу, «Алле, это турдон?», наш маленький коллектив покатывался от хохота.

Заглядывали и школьники. Приходилось проводить для них импровизированные экскурсии. В то время меня перевели с «хозрасчетной» должности художника на должность смотрителя, чтобы я смогла получать хоть какую-то зарплату. А вскоре я ушла работать в газету, и стала приходить в выставочный зал уже в качестве журналиста.

А «Меценат» выжил. И стал настоящим культурным центром нашего города. И уже за одну лишь программу «Музейная педагогика» стоит сказать большое спасибо сотрудникам выставочного зала!
И эта моя легкомысленная публикация – подарок будущим историкам-краеведам. Так сказать – свидетельство очевидца.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


доступен плагин ATs Privacy Policy ©
Skip to content