«Петровские невесты» красавицами не были

Валентина АНДРЕЕВА 

В  представлении современников «петровские невесты» должны были выглядеть первыми красавицами, но этот миф о совершенстве и небывалой красоте женщин Юга России был развеян. «Петровские невесты» оказались не только с крутым нравом, но и «хромоножками». Об этом свидетельствуют археологические раскопки и антропологические исследования, проведенные пять лет назад в Азове.  

Эту историю рассказал кандидат исторических наук, заведующий отделом археологии – Андрей Масловский.  

В 2015 году археологи азовского музея-заповедника проводили исследования на углу улиц Ленинградской и Щорса. Здесь была зафиксирована самая высокая за весь период археологических исследований в Азове плотность захоронений — 634 человека (из них не менее 468 погребенных относилось к русскому периоду жизни Азова XVIII века).  На большинстве русских кладбищ Азова XVIII века встречаются захоронения почти исключительно мужчин в возрасте до 35-40 лет.  

На этом же кладбище, расположенном прямо рядом со рвом построенной Петром I русской крепости Азов, было очень много женских и детских скелетов. Помимо крестов, женские захоронения часто сопровождали серьги, характерные для центральных областей России. На нескольких женских черепах сохранились тканевые ленты-венчики, прошитые металлической нитью. Такой головной убор могли носить только русские девушки, не вышедшие замуж. Но как, и почему в Азове в начале XVIII века могло умереть столько незамужних девушек из Центральной России?  

Данные археологии дополняются сведениями письменных источников и результатами антропологического исследования, проведенного кандидатом биологических наук — Еленой Фёдоровной Батиевой. Анализ исследований показывает, что в начале XVIII века русские люди в Азове проживали в экстремальных условиях. Среди взрослых к 35 годам умирало до 73% мужчин и 83% женщин. Правда, такая удручающая картина рисуется с учетом братских захоронений, в которых было встречено 60% всех погребенных. Елена Федоровна в своих исследованиях отмечает следующее: 

 — В этих захоронениях отмечается большое количество травм черепа, и в том числа, лица. Но самым удивительным стало большое количество женских скелетов времен Петра I с дисплазией тазобедренного сустава — 10%. Среди новорожденных этот порок развития отмечается в 2-3% случаев, причем преимущественно у женщин. Если лечение не производилось — этот порок приводил к хромоте и трудностям в передвижении.  

Следовательно, кто-то проводил целенаправленный отбор «хромоножек» среди кандидаток в жительницы Азова… 

Обращение к письменным источникам позволяет понять картину, полученную в результате археологических раскопок. Азов дважды становился русским — в 1696 и 1736 гг. Оба раза Российское правительство предпринимало энергичные меры к освоению завоеванных земель. Сюда переселяли солдат с семьями, калмыков и мастеровых. И происходило это переселение очень быстро. Уже к концу 1698 года, по неполным подсчетам, в Азове находилось не менее 19000 человек, не считая временных работных людей.  

Андрей Масловский отмечает проблемы переселенцев петровского времени: 

— Им полагалось приличное по тем временам жалованье и продуктовый паёк. Но было несколько проблем. Переселение осуществлялось слишком быстро. Даже сейчас люди, переселяющиеся в новые для себя природно-климатические условия, испытывают «стресс переселенца» и не всегда его выдерживают, порой возвращаясь на прежнее место жительства. В конце же XVII века всё было гораздо хуже. Положенный провиант нужно было поставлять за многие сотни километров с территории южнорусских губерний, так как на казачьих землях хлебопашество было развито слабо. Караваны судов с продуктами и жалованьем застревали на мелях или грабились казаками. Заниматься земледелием в условиях сурового пограничья было невозможно. Да и не для этого посылали сюда солдат. Люди, выросшие в русских избах, оказавшись на Донской земле, вынуждены были проживать скученно, в тесных землянках и мазанках. Даже с топливом в малолесном Нижнем Подонье были проблемы.  

В результате, начинались эпидемии, жертвой которых становились ослабленные тяжелой работой, недоеданием и холодом люди. Причем, самыми опасными болезнями были не чума, а дизентерия и воспаление лёгких. Неудивительна высокая детская и женская смертность. Но откуда же среди умерших столько девиц «хромоножек»?  

…Солдат посылали в Азов надолго, и как же им жить без женщин? Для решения этого вопроса Пётр I произвёл своеобразный рекрутский набор не служивых людей, а девиц. В южнорусских губерниях от десяти дворов полагалось предоставить девицу или молодую вдову. Остальные дворы должны собрать ей приданое, в числе которого — приличная сумма денег. В Азове они должны были стать солдатскими женами. Рекрутский набор был всегда головной болью для помещиков. Они теряли ценные рабочие руки. В рекруты норовили сдать строптивых, ленивых и прочих неугодных, а вот больных и слабых сдать не получалось.  

Военно-медицинские комиссии, принимавшие рекрутов в армию, отбраковывали не проходящих по стандарту парней. И за некачественных рекрутов следовали санкции. А вот девушек — солдатских невест — никто не отбраковывал. Нетрудно понять, что помещики, выполняя царский указ, должны были включать в число «рекрут женского пола» в первую очередь, девушек с ограниченной трудоспособностью. Вот поэтому среди женщин Азова было столько «хромоножек». Не удивительно также, что болезненные женщины умирали раньше.  

Но вот то, о чем нам не рассказали письменные источники, а помогла узнать археология: среди присланных в Азов девушек — немалое число тех, кто так и не успел выйти замуж, потому и похоронены они в девичьем уборе. Навсегда остались они в земле Азова — «петровскими невестами». Вот так печально на земле Азова завершилась история «петровских невест». 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


доступен плагин ATs Privacy Policy ©
Skip to content