Младший сержант Евгений Александрович Калинченко (позывной — «Ростов») воевал под Бахмутом, Крынками и на Донецком направлении. Освобождал Курскую область. Трижды ранен. Награждён медалью «За отвагу», представлен к награждению орденом Мужества за то, что, руководя группой бойцов из восьми человек, остановил колонну бронетехники противника.
О своём боевом пути он рассказал корреспонденту газеты «Приазовье»
Татьяна СТАЦЕНКО
Евгений Александрович Калинченко — азовчанин. Доброволец. Пошёл воевать вслед за старшим братом Дмитрием. Сражался в рядах ЧВК «Вагнер», а затем — в составе 810-й отдельной гвардейской бригады морской пехоты. После третьего ранения Евгений Александрович проходит реабилитацию и занят оформлением инвалидности. Говорит, что, несмотря на последствия тяжёлого ранения, готов вернуться на фронт, если понадобятся его опыт и силы.
Решение принято
Евгений родился 24 августа 1998 года в многодетной семье Светланы Васильевны и Александра Ивановича Калинченко. Родители воспитывали шестерых детей: четырёх мальчиков — Александра, Дмитрия, Евгения и Михаила — и двух девочек — Марину и Алёну. Мама была домохозяйкой, отец служил в правоохранительных органах.
Евгений учился в Головатовской школе, затем был переведён в спортивный класс и серьёзно занимался футболом. Окончив девять классов, поступил в СПТУ № 82, где получил профессию автомеханика-водителя. Срочную военную службу не проходил, хотя в армию стремился. Проблемы со здоровьем не позволили сбыться мечте. Евгений стал индивидуальным предпринимателем — по контрактам с сельскими поселениями очищал лесополосы и парки от сушняка. Хорошо зарабатывал. Женился. Но началась специальная военная операция. Ушёл воевать брат Дмитрий, который сражался в составе ЧВК «Вагнер». Евгению хотелось последовать его примеру, но решение он принял не сразу. Вся семья — сестры, братья, жена, отец (мама ушла из жизни в 2021 году), — зная характер Жени, отговаривала его. Но он понял, что не может оставаться в тылу, когда такие же парни, как он, рискуют жизнью, сражаясь с силами объединённого Запада. Когда родной брат проламывает эшелонированную оборону Бахмута. И Евгений принял решение. Закупил экипировку и уехал воевать.
Проверка на прочность
По словам Евгения, в ЧВК «Вагнер» новобранцы проходят очень серьёзную подготовку. Человека проверяют на прочность: его физическую силу, силу духа. Тренировки максимально приближены к условиям боя. После прохождения учёбы Евгений был направлен под Бахмут, где воевал два с половиной месяца. В штурмовых действиях не участвовал. Служил миномётчиком во взводе огневой поддержки. Тогда же и позывной выбрал — «Ростов». Этот позывной стал его вторым именем.
После освобождения Бахмута и известных событий, после которых ЧВК «Вагнер» была распущена, Евгений решил продолжить службу. Он всегда мечтал служить в рядах морской пехоты, и ему удалось подписать контракт и влиться в ряды 810-й отдельной гвардейской бригады морской пехоты, базирующейся в Крыму. Мечта сбылась. Только была она приправлена горечью. Погиб его брат Дмитрий, и теперь Евгений хотел поквитаться с противником и за личное горе, и за всё то зло, что несёт нацизм на нашу землю.
Евгению удалось попасть в новое подразделение, которым командовал бывший вагнеровец, майор с позывным «Гейзер». О своём командире он говорит с огромным уважением.
— Он строго с нас спрашивал, но берёг личный состав. В его подразделении потери были минимальными, потому что воевал он с умом, зря под пули не бросал, а сложнейшие задачи выполнял. Для начальства — неудобный человек, а для нас — как отец родной. Если сейчас Гейзер меня позовёт, я пойду воевать, несмотря на то, что ещё не долечился, — говорит Евгений.
Перед отправкой на фронт тренировки были ещё более серьёзными, чем те, что Евгений проходил в ЧВК.
— Нам давали карту и приказ пересечь лес и выйти в заданном месте через три дня. При этом маршрут был специально подготовлен. Были ловушки, засады. Потом эта школа не раз спасала нам жизнь. А ещё никогда не забыть, как однажды зимой подняли нас по тревоге, привезли в лес с небольшим озерцом. И командир приказал нам войти в воду в полной экипировке, с оружием. И сам окунулся в воду, а потом стоял на зимнем ветру в мокрой одежде и смотрел, как мы выполняем приказ. Это было наше боевое крещение. А потом был фронт.
Крынки, Донецк, Курск
Евгений был командиром отделения, затем стал заместителем командира взвода, но по сути исполнял командирские обязанности. В подчинении младшего сержанта Калинченко было двадцать человек. Воевал в Херсонской области, брал острова, не раз участвовал в стрелковых боях с противником. Брал пленных. Его первым пленным стал украинский офицер — сдался при захвате окопа. Евгений говорит, что этот пленный сразу на чистом русском языке выдал все сведения, которые требовали наши бойцы.
Своё первое ранение Евгений Калинченко получил под Крынками.
— Это произошло 23 февраля 2024 года. Моя группа в составе четырёх человек была в Крынках. Начался обстрел. Двое наших погибли. Я получил пулевое ранение в ногу, но мне с моим напарником (позывной — Карп), удалось отойти к своим. Осложнялось всё тем, что моим напарником был младший брат моей жены, и я чувствовал личную ответственность за его жизнь. Очень боялся его потерять, ведь в ЧВК и в морпехи он пошёл вслед за мной, — вспоминает Евгений.
После лечения замкомвзвода Калинченко вернулся в своё подразделение, которое передислоцировали на Донецкое направление. Там успели освободить два населённых пункта под Покровском.
6 августа началась террористическая атака ВСУ на Суджанский и Кореневский районы Курской области. 8 августа подразделение Евгения было переброшено на Курское направление, а 12 августа вступило в бой.
— Было это в деревне Сафроновка, неподалёку от Льгова. Мы только прибыли, не знали обстановки, резервы только подтягивались. Но наша разведка засекла бронемашину противника, которая обследовала окраины посёлка. Украинцы нас не обнаружили, но мы поняли, что надо ждать наступления или, как мы говорим, наката. Было понятно, откуда они будут наступать, и мы решили задержать украинцев до подхода наших основных сил. Я с двумя бойцами — Алмазом и Артистом — заняли позицию на окраине села. У нас были гранатомёты. Остальные бойцы нас прикрывали. И тут появилась вражеская колонна — 11 единиц бронетехники: «Хамеры» и «Казаки» в сопровождении 140 пехотинцев. Когда техника приблизилась на расстояние выстрела, мы по очереди выбегали в открытое поле и стреляли. С третьей попытки мне удалось поразить ведущий бронетранспортёр. Затем подтянулись наши основные силы, и колонна была разгромлена. Этот фрагмент боя даже по телевизору показывали. Съёмки с дрона. За этот бой я был представлен к награждению орденом Мужества, — рассказывает боец.
Вскоре он был ранен. Произошло это 23 августа, в канун дня рождения Евгения.
— Мы были на отдыхе. Расположились в обычном доме. Начался артобстрел. Мы стали выбегать на улицу, и рядом со мной произошёл взрыв. Осколки попали в лёгкое и в шею, был повреждён глаз. В лёгком осколок так и остался, пока не тревожит. Из шеи недавно вышел сам — маленький такой шарик, дробинка. Но всё это не страшно. На самом деле страх был у меня только до первого ранения. А второго ранения я, если честно, ждал. Потому что восемь месяцев на переднем краю выматывают, — признаётся Евгений.
После госпиталя он несколько месяцев служил в тыловом гаубичном подразделении, обороняя небо Крыма, а затем снова засобирался на фронт.
— Меня отговаривали ребята. Есть у нас такая примета, что третье ранение почти никто не переживает. Таких на самом деле — единицы. Но я всё равно пошёл, — говорит боец.
В феврале 2025 года он снова прибыл в Курскую область. Освобождал Куриловку. Там 4 февраля попал в окружение, но смог вывести свою группу из кольца противника. 8 февраля планировался второй заход в Куриловку, но на подступах к селу Евгений подорвался на мине. Ступни ног были сильно повреждены, особенно левая. Бойцы вытащили командира в безопасное место, оказали медпомощь, и вскоре на эвакуационном УАЗике Евгения повезли в тыл. И эта поездка чуть не стала для него последней.
— Водитель предупредил меня, что мы будем ехать через опасное место, где вражеские дроны чувствуют себя как дома, поэтому по первой команде нужно покинуть кузов машины. Но как мне покинуть кузов, если я встать не могу? И когда ехали через Плёхово, вражеский дрон появился. Ребята попрыгали из машины, а я как ни пытался — не смог. Тогда я просто прикрылся листом картона, который лежал в кузове. Раздался взрыв, разворотивший дверь кабины, но никто из наших не пострадал. Я тоже. Водитель мигом запрыгнул в машину и рванул с места, — вспоминает Евгений.
Дома
Младший сержант Калинченко долго лечился в разных госпиталях. Ему едва удалось сохранить левую ступню, нашпигованную осколками. Чтобы отменить ампутацию, он обращался за помощью к боевым друзьям и, в первую очередь, к командиру «Гейзеру». Связи помогли. И сейчас Евгений уверенно ходит, опираясь на трость, но ему предстоит долгое лечение. Осколки причиняют постоянную боль. Сегодня ветерану боевых действий приходится решать массу бюрократических вопросов — оформлять инвалидность, добиваться лечения в военном госпитале, потому что сейчас из-за неразберихи его направляют в обычные больницы для гражданского населения. Но у Евгения характер боевой, и он умеет постоять за себя.
— Оформлю инвалидность и собираюсь снова стать индивидуальным предпринимателем, заниматься той же работой, что и раньше. Я знаю, что имею право на предоставление работы, что есть квоты, но чужое место занимать не хочу. Буду жить, растить сына и дочку. Любить жену и родных. А если будет нужно, снова пойду воевать. Ведь противник ещё силён и не хочет сдаваться, — говорит ветеран боевых действий, младший сержант Евгений Калинченко. Герой СВО.
