Мы продолжаем цикл материалов, посвященных великому противостоянию, определившему судьбу наших земель. Вторая часть исследования переносит нас в эпоху создания Монгольской империи — силы, чья стратегия и внутренняя логика до сих пор вызывают споры. О том, как строилась эта государственная машина, почему пали древние столицы и какую роль в этих событиях играл идеологический фундамент кочевников, рассказывает заведующий отделом археологии Азовского музея-заповедника Андрей Масловский
Валентина СЕРАШ
Продолжение. Начало в №21 от 20.05.2026г.
Создание Монгольской империи сопровождалось войной, которую монголы вели с неслыханной даже по меркам тех тёмных веков жестокостью. Поголовное уничтожение жителей многолюдных городов и планомерная ликвидация сопротивлявшейся элиты завоеванных стран не были просто сказками или преувеличениями средневековых хронистов. Однако их террор не был следствием исключительно патологической жестокости.
В действиях завоевателей скрывался холодный и прагматичный расчёт. Суть его заключалась в следующем: если город или народ смиренно принимали власть монголов, не пытаясь сопротивляться, их не трогали. Напротив, их просто включали в состав новых подданных. И так поступали не только отдельные вожди, но и целые государства, как, например, уйгуры, а также значительная часть местной знати. Именно такие представители мусульманского, китайского, уйгурского чиновничества и купечества фактически создали саму Монгольскую империю, организовав регулярную и эффективную эксплуатацию покоренных территорий. Они даже разработали для монголов специальную письменность — так называемое «монгольское квадратное письмо», которое исчезло из обихода вместе с падением империи.
Секретная Яса: наставления дедушки-патриарха
— И всё же, как бы там ни было, сам Чингисхан тоже не бездействовал. О его личных взглядах и политических принципах мы можем судить по его высказываниям, которые сегодня известны как Яса, — говорит Андрей Масловский. — Важно понимать: это не был свод законов в том виде, как его представляют некоторые современные публицисты. Скорее это были мудрые наставления дедушки-патриарха своим потомкам о том, как поддерживать власть, а заодно и как им самим вести себя в жизни.
Например, основатель империи строго предостерегал наследников от пьянства или предписывал убивать тех, кто сознательно солгал. Это было своего рода секретное писание, которое хранилось в специальных сундуках и лишь по особым случаям доставалось и зачитывалось в узком кругу Чингизидов. Тем не менее, авторитет слов основателя империи оставался непререкаем. Даже после смены религии и образа жизни его потомки на протяжении достаточно долгого времени старались не нарушать его заповедей.
В числе этих заповедей была и неслыханная по тем временам веротерпимость. Дословно предписывалось не вмешиваться в религиозную жизнь покоренных народов, а любое духовенство полностью освобождать от любых налогов и повинностей.
— Взамен это духовенство, всего-то, должно было молиться своим богам за здравие хана, — комментирует Андрей Масловский. — Позиция, как вы видите, очень прагматичная. К сожалению, далеко не вся Яса дошла до нас. Её отдельные фрагменты были скопированы вельможами, служившими при дворах Чингизидов, и дошли до историков в пересказах.
Ресурсы вассалов и логика завоеваний
Подчинив очередную страну, монголы немедленно использовали её ресурсы для дальнейшей экспансии. Это касалось не только оружия, ремесла, финансов и продовольствия. За счёт воинских контингентов с завоеванных территорий они планомерно пополняли свою армию.
Далеко не всегда монголы устанавливали на местах своё прямое правление. Если местные правители изъявляли покорность (сразу или после первого сопротивления), монголы превращали такую страну в своего вассала. В новом походе войско этой страны возглавлял её же местный правитель, который теперь включался в состав имперской знати в качестве младшего члена. Естественно, что именно эти контингенты из покоренных стран вводились в бой первыми и несли наиболее тяжелые потери.
Миф о «тьме» и реальность монгольской стратегии
На курултае — съезде знати Йеке Монгол Улуса — в 1235 году, после окончательного уничтожения империи Цзинь, было принято решение о масштабном походе на запад. При жизни Чингисхана ему вряд ли приходила в голову идея о завоевании всего мира. Просто так получалось, что одна победа неизбежно становилась причиной новой войны. Максимум, к чему он мог стремиться — завоевать всех кочевников Евразии и расширить зону их обитания.
Но после его смерти, вероятно, не без влияния ученых чиновников из покоренных стран и под воздействием непрерывных побед, родилась идея мирового господства. По крайней мере, часть Чингизидов к этому явно стремилась, о чем говорят некоторые исторические источники. В западном походе приняли участие подразделения из всех частей империи. До сих пор можно встретить утверждения, что численность монгольской армии составляла 200–300 тысяч человек. Это часто использовалось, чтобы объяснить поражение европейских государств.
— Дескать, монголы побеждали только благодаря численности, — рассуждает Андрей Масловский. — В реальности монгольская армия по своему качеству была значительно лучше любого из своих противников и могла победить их даже при равном количестве бойцов.
У русских границ: отлаженная машина войны
Монгольская армия обладала прекрасной разведкой и заранее знала силы своих противников. У командования не было необходимости бросать в поход абсолютно все свои резервы. Поэтому реальная численность монгольской армии в западном походе оценивается современными историками всего в 30–40 тысяч человек. Во главе армии формально стояли внуки Чингисхана, но реально её возглавляли полководцы, прошедшие десятки походов, — еще остававшиеся в строю сподвижники самого Чингисхана.
Поэтому у русских воинов на полях сражений на рязанской границе, под Коломной, на стенах Владимира, Переяславля, Киева и десятков других крепостей не было ни малейших шансов остановить эту отлаженную военную машину.
— Наверное, вооруженные знаниями тысячелетий современные офицеры генштаба, перенесясь в прошлое, смогли бы придумать способы снизить потери Руси и увеличить урон монголов, — размышляет Андрей Масловский, — но даже соединенные силы всех княжеств не изменили бы итога — страшного разорения русских земель.
Увы, этот поход, хотя и привёл к потерям в армии завоевателей, не мог серьёзно её ослабить. Как сказал спустя два десятилетия один из монгольских нойонов, потери армии будут восполнены «женщинами и кобылицами Монголии за один год». Также без чрезмерного напряжения монголы разгромили Польшу, Чехию и Венгрию. Последняя в те времена была державой в несколько раз более крупной и с гораздо более мощной армией, чем современное государство с таким названием.
Почему монголы не дошли до Атлантики?
Тем не менее, в решающем сражении на реке Шайо (Соленой) объединённое войско венгров с союзнымиполовцами было разгромлено. Почти половина войска, включая цвет знати, погибла в битве. Вся территория Венгрии вплоть до Адриатики подверглась опустошению. Досталось Сербии и Болгарии. А затем произошло чудо: монгольская армия внезапно повернула обратно.
Многие страны, включая Австрию и Чехию, позже ставили этот поворот себе в заслугу. Одни говорили, что варвары испугались могучих европейцев. Другие — что монголы были обескровлены сопротивлением русских и боялись восстаний в тылу.
— Все эти оценки говорят о тотальном непонимании ситуации, — оценивает ситуацию Андрей Масловский. -Можно не сомневаться, что умудренный Субэдей без особого труда сумел бы разгромить феодальные ополчения Германии, Италии, Франции и опустошить всю Европу вплоть до Ла-Манша. Ему даже не потребовалось бы просить помощи из центра империи, ведь польское ополчение было разгромлено всего одним из корпусов его армии.
Изъян империи и смерть Угэдэя
Европу спас один системный изъян империи. Любая монархия сильно зависит от вопроса передачи престола. Чингисхан опасался, что власть попадет в руки недостойного человека, ведь сам он отбирал полководцев по способностям, а не по знатности. В результате сложился сложный порядок: вся знать империи должна была собраться на съезд — курилтай, чтобы выбрать следующего великого хана из «золотого рода». Но кто это должен быть? К началу 1240-х годов насчитывалось уже несколько десятков внуков и правнуков Чингисхана.
Существовало несколько установок: власть мог получить старший в роду, старший сын правителя, младший сын или просто самый достойный. В любом случае избрание должны были оформить участники курилтая. После смерти Чингисхана власть перешла к его третьему сыну — Угэдэю. К счастью для Европы, он страдал от пьянства. Вероятно, суровые сентенции Чингисхана в Ясе о вреде алкоголя были обращены именно к нему. Угэдэй был достойным преемником, но пагубная привычка свела его в могилу в 1241 году.
Историческая справка
Угэдэй (также известный как Огодай) — третий сын Чингисхана и его супруги Бортэ, официальный преемник отца на посту каана Монгольской империи. Его выбор был подтверждён курултаем в сентябре 1229 года. Угэдэй успешно продолжал дело отца, расширяя границы государства, пока смерть не прервала его правление.
Когда сообщение о смерти великого хана Угэдэя дошло до войск в Венгрии, царевичей перестал волновать вопрос похода. Им срочно понадобилось вернуться на родину, чтобы заняться политической борьбой. Одновременно прекратились военные действия в Индии и Китае. Период междуцарствия затянулся. Внуки Чингисхана — двоюродные братья — ненавидели друг друга и не могли договориться. Организация любого большого похода теперь требовала выборов нового единого правителя, что дало миру долгую передышку.
Продолжение следует…
